Глаз как федеральная служба безопасности организма

В настоящей главе будут рассмотрены тайные и явные связи органа зрения с другими органами чувств и внутренними органами.

История народной и научной медицины показывает, что радужка глаза является не единственным источником экстерорецептивной, т. е. вынесенной наружу информации о внутренних органах. Внутренние органы и части тела имеют свое представительство на всей поверхности тела, во внешних рецепторах всех органов чувств. Наша с вами задача – научиться пользоваться этой информацией на благо своего здоровья и здоровья своих близких. Мы должны стать для себя чуткими резидентами, чтобы ни одна мелочь о состоянии здоровья не ускользнула от нашего внимательного взора. Мы должны стать умелыми менеджерами по управлению своим здоровьем. Поскольку природа создала человека с известной степенью подстраховки (парность органов чувств, пятикратное представительство внутренних органов на поверхности тела), нам надо научиться извлекать практическую пользу из этой информации.

Возникает вопрос, для чего необходимо такое представительство, при котором человеческий организм спроецирован наружу пятикратно – через кожный, оптический, слуховой, обонятельный и вкусовой анализаторы, т. е. через все чувствительные системы. Попытаемся ответить на этот непростой вопрос.

Если обратиться к хронологии, то первыми в VII веке н. э. были открыты проекционные зоны в области ушной раковины. Сделал это Сун Сы-Мяо. Затем в XIX – начале XX века М. Нечаев (1835), ПА. Захарьин (1885), J. Peczeli (1880), H. Head (1898), H. Bonnier (1912) описали проекционные зоны в области языка, глаза, кожи и носа. Таким образом, на протяжении последних 13 столетий в разное время и в разных странах – Китае, России, Венгрии, Англии и Франции – независимо друг от друга ученые пришли принципиально к одной и той же мысли о том, что внутренняя среда организма с его многочисленными органами отражается в поверхностных рецепторах не диффузно, а строго локально, т. е. имеет определенное соматотопическое деление. Причем строго локальное деление отмечается не в одном, а во всех анализаторах, представляя собой цельную слаженно действующую систему – систему отраженной афферентации (Е.С. Вельховер, 1963, 1979).

Особенно сложны и многообразны экстерорецепторы лицевого отдела, состоящие из 5 сенситивных отделов: зрительного, слухового, обонятельного, вкусового и кожно-тактильного. Они функционируют по принципу прямой и обратной афферентации. Однако по доминирующим в настоящее время взглядам периферические рецепторы органов чувств рассматриваются как полуактивные приборы – приемники, действующие только в одном направлении – внутрь. Такие несовершенные взгляды свидетельствуют о «стратегической прорехе» в современной науке, поскольку ее теоретические представления никак не согласуются с данными физиологии.

Любой живой организм непрерывно общается с окружающим миром через так называемые окна тела – глаза, уши, нос, рот. Небезынтересно отметить, что ряд ученых описали в составе чисто чувствительных черепных нервов также и нервные волокна, «идущие вспять». Однако функциональная значимость их пока неясна.

Отрицательное отношение ученых к феномену проецирования в известной степени обусловлено изолированным подходом к изучению данного вопроса. На деле получается так, что одни исследователи проявляют интерес к проекционным зонам в области глаз, другие – к зонам в области ушной раковины, третьи – к зонам в области языка и т. д. Такой узкий подход крайне затрудняет изучение существа физиологического явления в целом, тем более такого сложного явления, каким представляется система экстерорецептивных проекций.

Пока что проекционные связи установлены и официально признаны для кожи туловища и ушной раковины. Нейрофизиологическая мысль как бы застряла на «нижнем спинальном этаже». Она доказала наличие простых проекций на туловище, но не разглядела их выше – в чувствительных аппаратах лицевого отдела.

Накоплены данные по аналитико-синтетической функции центральной нервной системы. Механизмы локальности выявлены на всех уровнях системы: в спинном мозге, в стволовой части, гипоталамусе, лимбической системе, зрительных буграх, эпифизе, подкорковых ядрах, коре головного мозга. Одновременно с функцией разделения все отделы нервной системы осуществляют функцию объединения. Эта единая аналитико-синтетическая деятельность, представленная на спинальном уровне простейшими автоматизированными механизмами, все более усложняется в ростральном направлении, достигая наивысшего совершенства интеграции и локализации в коре головного мозга.

Указанная аналитико-синтетическая деятельность свойственна не только центральной нервной системе, но и ее периферическим отделам, а в примитивном виде даже отдельным клеткам. Отсюда становятся понятными механизмы проецирования в наружные покровы тела – кожу и слизистые оболочки. Они имеют генетическое родство с органами чувств и нервной системой, представляя собой как бы гигантский «периферический мозг» с его сложной приемно-передаточной функцией.

Пять классических анализаторов различают у человека. Через них человеческий организм пятикратно спроецирован на определенных поверхностях, представляющих собой собрание экстерорецептивных звеньев неравнозначных между собой кольцевых рефлекторных аппаратов, в которых происходит восприятие как внешних, так и внутренних раздражителей.

Поскольку эти рефлекторные кольца (внешние кольца саморегуляции) могут быть использованы в диагностике, а часто и в лечении заболеваний, мы назвали их экстерорецептивными каналами информации. Выше упоминалось, что аналитико-синтетическая функция нервной системы совершенствуется в направлении от спинальных структур к кортикальным. Параллельно усложняется рецептивная, в том числе и отражательная деятельность чувствительных периферических анализаторов. В зависимости от функционального назначения этих анализаторов различную концентрацию и конфигурацию приобретают расположенные в них проекционные зоны.

Следует помнить, что наряду с нечетко контурированными проекционными связями в кожно-спинальный канал входят компактные проекционные связи, сосредоточенные в особых зонах – подошвенной и ладонной. В них спроецированы многие элементы человеческого организма, изучаемые современной дерматоглификой. Возможно, такое скопление экстерорецепторов с уровнем замыкания в утолщениях спинного мозга досталось человеку от его далеких четвероногих предков, контакты которых с внешним миром осуществлялись главным образом через ладонные и подошвенные поверхности. Со временем эти функционально активные поверхности приобрели значение концентрированных проекционных зон. По аналогии с кожно-спинальным каналом имеет свои компактные проекционные связи и свои особые зоны и кожно-краниальный канал. Сюда входят вкусовой, обонятельный, слуховой и зрительный информационные каналы.

В целом каналы информации составляют очень гибкую систему отраженной афферентации, посылающую сигналы «изнутри наружу».

Таким образом, в каждой рецептивной зоне лица – радужке глаза, ушной раковине, слизистой оболочке носа и на языке – проецируются через мозговые центры желудка соответствующие участки самого желудка. Один из древнейших внутренних органов, выходя на периферию, устанавливает многоканальные связи с раздражителями внешнего мира.

И, наконец, последнее многозвеньевое рефлекторное кольцо – стволовоталамокортикальное. Оно обеспечивает наиболее сложную и совершенную аналитико-синтетическую функцию сознательного контроля и коррекции всей соматической и, в известной мере, висцеральной деятельности.

Когда человек здоров и находится в адекватной окружающей обстановке, все звенья внутренней и внешней саморегуляции желудка работают нормально. Кора головного мозга «освобождена от ненужных забот», вся регуляция осуществляется безусловно-рефлекторными механизмами. При заболевании желудка, например при язвенной болезни, отмечаются своеобразные сдвиги в системе отраженной афферентации. Болевые импульсы из очага поражения распространяются по соответствующим волокнам регуляционной системы. Под воздействием этих импульсов на периферических концах внешних колец саморегуляции, т. е. в определенных проекционных зонах туловища и лица наступают сложные электрические, биохимические и трофические изменения.

Опыт показывает, что при патологии поверхностные рецепторы проявляют себя как активные элементы общего адаптационно-защитного механизма. Чаще всего в ответ на болезнь они реагируют не все сразу, а поочередно, включением и отключением отдельных элементов. Общий синдром адаптации, из которого Сенье вычленил гипофизарно-адреналиновый стресс, не ограничивается только эндокринными сдвигами. Активную роль в нем играют различные системы организма, и прежде всего нервная система с ее передовым звеном экстерорецептивной локации и перестройки.

В острой стадии заболевания желудка отмечается активация экстерорецепторов, которая обеспечивает биоэнергетическим «зарядом» стрессовые реакции и другие мобильные системы защиты. Практически это проявляется в гиперестезии зон Захарьина-Геда на коже туловища и лица, повышении чувствительности в проекционных зонах ушной раковины и слизистой оболочки носа, гиперестезии языка, возникновении участков посветления в радужке глаза.

В хронической стадии заболевания отмечается снижение мобильности, а в ряде случаев полное выключение функции определенных экстерорецепторов, оберегающее соответствующий им по проекции патологический очаг от поступающих извне импульсов. Практически это проявляется в понижении чувствительности в зонах Захарьина-Геда на коже туловища и лица, гипестезии в проекционных зонах ушной раковины и слизистой оболочки носа, снижении чувствительности и обложенности языка, появлении шлаков и пигментных пятен в проекционной зоне радужки глаза.

Указанные изменения свидетельствуют о многосторонней защитной функции автоматических систем организма, «очень экономно гасящих только те свечи, с помощью которых может усилиться пожар заболевания» (Е.С. Вельховер, 1972). Таким образом осуществляется локальная защита пораженного участка желудка от цетрифугальных импульсов, представляющих собой суммарный поток трансформированных световых, звуковых, вкусовых и других внешних раздражителей.

Вот почему я использую в своей практике и советую своим пациентам системный подход к восстановлению здоровья и многокомпонентное воздействие физических факторов, например свето– и магнитотерапии, не только на орган зрения, но и на другие участки тела (ушные раковины, слизистые оболочки полости рта и носа, кожу стоп и ладоней, некоторые акупунктурные точки).

Обнаруженная связь пораженного органа с проекционными зонами радужки обусловлена передачей импульсов в ретикулярную формацию ствола по симпатической цепочке и идущей без перекреста быстропроводящей системе задних столбов спинного мозга.

Известный французский хирург R. Leriche (1937) писал, что «болезнь – это драма в двух актах, из которых первый разыгрывается в наших тканях при потушенных огнях, в глубокой темноте, даже без намека на болевое ощущение. Лишь во втором акте возникает боль, зажигаются свечи, предвестники пожара, потушить который в одних случаях трудно, в других невозможно». На основании изложенного можно сказать, что первыми «в первом акте болезни» включаются в действие защитные механизмы автоматизированной саморегуляции. Это для их включения незамедлительно расходуются любые, в том числе и наиболее слабые афферентные импульсы. Необходимо только, преодолев некоторые старые традиции, научиться понимать и читать информацию, которая с примерным постоянством и точностью в самом начале заболевания поступает в проекционные зоны поверхностных рецепторов.

Важность подобной информации становится особенно ощутимой, если учесть, что большинство заболеваний внутренних органов, в том числе тяжелых и неизлечимых, на первых порах не вызывают ни малейшей боли. В этом плане первостепенное значение имеют простейшие кожно-спинальные механизмы, в частности состояние зон Захарьина-Геда. При «молчаливо текущих» онкологических заболеваниях направленность экстерорецептивных реакций организма в основном этими зонами и ограничивается. Этим объясняются трудность диагностики и один из парадоксов медицины – ничтожная информативность при начальном развитии многих опухолей.

При выраженных патологических изменениях нарастает поток импульсов, что приводит в действие весь тригеминоретикулярный комплекс. Помимо гедовских зон на туловище активными становятся и экстерорецепторы краниального отдела, которые обеспечивают защиту заболевшего органа от вкусовых, обонятельных, звуковых и световых раздражителей. Если патологический процесс прогрессирует, безусловно-рефлекторные механизмы защиты могут оказаться несостоятельными. В таких случаях срабатывает высокоорганизованная система осознанной борьбы с болезнью.

Условно-рефлекторные реакции появляются вместе с усилившимися болевыми ощущениями и различными сенестопатиями, свидетельствуя об уже начавшемся «втором актеболезни». С этого «второго акта» начинается формальный отсчет любого недуга, появляются врачи, медикаменты и сам больной, объявляющий себя только что заболевшим.

Именно так нам представляется функционирование анализаторно-синтетического аппарата и его элемента – системы отраженной афферентации, удивительной и поистине мудрой системы, с помощью которой осуществляется сигнальная и адаптационно-защитная деятельность.

Таким образом, расширив свои знания о связях органа зрения с другими органами и системами организма, мы начинаем осознавать, что взгляд, видение и зрение – это сложнейшие процессы восприятия окружающего мира и собственного я. Зрение необходимо человеку не только для того, чтобы воспринять зрительный образ, но и для того, чтобы совершить целую последовательность действий другими органами чувств, мышцами, чтобы понять и обезопасить себя в окружающем нас мире.

Видение по своей сути представляет собой шестиэтапный процесс, занимающий от начала до конца менее 1 секунды времени:

• Мозг обозревает мир, используя периферийное зрение, видит желаемый объект и принимает решение собрать информацию о данном объекте. На этом этапе глаза прямо на объект не направлены.

• Мозг определяет направление на объект и вычисляет траекторию движения и силу, необходимые для того, чтобы направить глаза на него.

• Мозг приводит в движение экстраокулярные мышцы для перевода глаз в направлении на объект.

• Мозг указывает напряжение для каждой цилиарной мышцы для фокусирования зрачков на объект.

• Мозг собирает информацию об объекте и определяет его значимость.

• И, наконец, мозг решает, реагировать на объект или нет, и если реагирует, то использует глаза для координации необходимых при этом движений тела.

Тайна зрения веками интриговала философов, врачей и ученых. Более 2000 лет назад греческий врач Алкмеон сделал открытие, что глаза связаны с мозгом. Он выдвинул правильную теорию о том, что зрительные восприятия сходятся вместе в мозгу, а затем объединяются с памятью и мыслями. И хотя основные открытия в анатомии глаза были сделаны в XIX столетии, только в 1930 г. оптики, психологи и педагоги пришли в выводу, что зрение – процесс познавательный.

Это открытие вызвало всеобщее удивление, потому что раньше считали, что зрение – автоматический процесс, подобный дыханию или пищеварению. Исследования, связанные с развитием ребенка, показали, что такая точка зрения неверна. Хотя мы и рождаемся с основными зрительными рефлексами, но с детства учимся пользоваться глазами. Простое открытие глаз не создает автоматически ясной картины, подобно включению телевизора. В сущности, зрение – это процесс, действующий на основании согласованного комплекса более чем 20 отдельных навыков.

Дополнительно к формированию образов визуальная система включает в себя способность определять размер, скорость, расстояние и позицию объекта, способность определять состав, структуру, вес, причину возникновения и возраст объекта без прикосновения к нему, способность сравнивать один объект с другим, способность поддерживать равновесие, способность читать и переводить написанные слова, знаки и символы. Этим навыкам учатся, достигая совершенства, в детском возрасте, а потом они остаются неизменными в течение почти всей взрослой жизни и начинают ухудшаться лишь в старости. Одни дети способны научиться этому быстро и легко, у других же вырабатываются искаженные зрительные навыки, которые могут серьезно затруднить развитие и стать препятствием для нормального обучения в школе или работе, а в результате помешать достигнуть определенных высот в течение всей жизни.

Вот как протекает процесс обучения. После рождения ребенок видит мир, но не понимает того, на что смотрит. Перед ним движется странная непрерывная картина бессмысленных образов и ярких цветов. Тем не менее он почти сразу может до какой-то степени сосредоточиться на предмете и скоординировать глаза. С течением времени ощущения от прикосновений дают ему представление о собственном теле, и он узнает, что некоторые из новых форм и цветов принадлежат его телу. Он узнает также, что многие другие формы и цвета принадлежат вещам, не являющимся его телом. При соприкосновении с различными объектами он постепенно отделяет себя от остального мира и начинает чувствовать себя самостоятельной личностью. Его самовосприятие и осознание окружающей реальности появляются постепенно по мере узнавания того, как использовать свои глаза и интерпретировать собранную информацию.

Глаз как федеральная служба безопасности организма

Тот факт, что зрение – процесс познавательный, приводит к некоторым неожиданным и совершенно удивительным заключениям.


— AD —

Во-первых, развитие визуальной системы зависит от суммы жизненного опыта данного человека. Например, дети, выросшие в богатых, красивых домах, где множество всевозможных стимулирующих развитие предметов, имеют обычно лучшую визуальную систему, чем дети, выросшие в темных, грязных помещениях – в нищете. Влияние окружающей среды велико даже на взрослых людей. У тех, кто работает при лампах дневного света, развиваются глазные болезни. То же самое случается с теми, кто много времени проводит за компьютером.

Во-вторых, каждый человек видит по-своему. Это называется визуальный стиль, и он зависит от того, как данный человек научился использовать свои глаза и зрительную систему. Точно так же, как вы имеете свою, характерную только для вас походку и манеру разговора, обстоит дело и с видением окружающего мира. Одни люди развивают хорошие зрительные навыки легко и быстро в течение тех лет, когда формируется характер. Другим это не удается, и они вынуждены жить, испытывая неудобства от плохого зрения. У многих в детстве развиваются хорошие зрительные навыки, но в последующей жизни они нарушаются в результате стрессов, плохого питания и в процессе старения. У разных людей также сильно отличается восприятие пространства. Одни люди видят мир как нечто совершенно плоское, другие видят его в трех измерениях. Многие люди могут охватить ясным взглядом лишь область в несколько сантиметров вокруг себя, а некоторые видят звезды, но не могут читать лежащий близко перед глазами текст.

Проведя лечение более 10 000 пациентов, я пришел к выводу, что каким бы плохим ни было у человека зрение, его можно улучшить с помощью физических методов профилактики и лечения, а именно с помощью света, дыхания, воды, питания, тренировок.

Похожие книги из библиотеки