Главная / Библиотека / Максимальный репост. Как соцсети заставляют нас верить фейковым новостям /
/ Часть III Слухи, заговоры и письма счастья / Глава 6 Велосипед, сквозь который проросла секвойя Слухи в Сети: что делает их вирусными, откуда они берутся и как работают
Борислав Козловскийi / Литагент Альпинаi

Книга: Максимальный репост. Как соцсети заставляют нас верить фейковым новостям

Глава 6 Велосипед, сквозь который проросла секвойя Слухи в Сети: что делает их вирусными, откуда они берутся и как работают

закрыть рекламу

Глава 6

Велосипед, сквозь который проросла секвойя

Слухи в Сети: что делает их вирусными, откуда они берутся и как работают

«В этом июле 5 пятниц, 5 суббот и 5 воскресений. Такое случается раз в 823 года. В Китае это называют “полный карман серебра”. Поделись этой записью с друзьями – и в ближайшие четыре дня деньги найдут тебя сами. А кто не поделится – тот, согласно китайскому учению фэншуй, скоро обеднеет». Знакомый текст? В Facebook с июля по август 2013 года его английскую версию перепостили 1 259 642 раза, хотя ничего не стоит понять, что главное его утверждение про 823 года – выдумка.

Даже в календарь заглядывать не придется, достаточно заметить, что «5 пятниц, 5 суббот и 5 воскресений» случаются всякий раз, когда 1 июля выпадает на пятницу. А это происходит в среднем раз в семь лет: месяцы, в том числе июль, одинаково часто начинаются с каждого из дней недели, будь то понедельник, пятница или воскресенье.

Такие истории с разоблачением вот уже двадцать лет коллекционирует сайт Snopes.com, запущенный двумя энтузиастами из Калифорнии еще в 1995 году – задолго до появления Facebook и даже «Живого журнала». Создатели называют Snopes.com «справочником по городским легендам» и причисляют к ним самые разные блуждающие по Сети сюжеты – от истории, что Барак Обама родился в Африке, а не в Америке (а значит, не имеет права быть президентом США), до жуткого описания «русского эксперимента с депривацией сна», который якобы имел место в 1940-е в СССР и проводился по заказу военных над подопытными-узниками (мораль: если долго не спать, в вашем мозгу проснется древний монстр).

Когда они собраны в одном месте и откомментированы, к слухам легко отнестись как к курьезу – поглядите, мол, какой смешной бред. Но есть поводы думать, что их роль намного серьезней.

* * *

Термин «темная материя» – из лексикона ученых-астрономов. Они его придумали, когда обнаружили, что наряду с привычным нам веществом (из атомов), Вселенная заполнена загадочным непонятно чем, которое весит впятеро больше. «Темную материю» нельзя увидеть, описать ее цвет, запах или вкус – отсюда и слово «темная». Но именно она выступает в роли невидимого дирижера для всего, что мы видим в космосе: определяет, как вращаться галактикам и какие места занимать звездам.

Слухи – такая же «темная материя» нашего коллективного знания, если за «обычную материю» принять информацию из книг, газет и научных статей, происхождение которой легко отследить.

Как и темная материя в космосе, слухи ускользают от наблюдения. Нет «подшивок слухов», которые хранились бы в библиотеках как старые газеты. Нельзя выяснить, как часто ту или иную страшилку рассказывали друг другу люди в московских трамваях в 1923 году.

При этом слухи мощно воздействуют на повседневную жизнь – как темная материя на звезды в галактиках. У слуха, что гречка исчезнет из магазинов, последствия в повседневной жизни (в виде толп, которые сметают крупу с полок в соседнем «Ашане») куда более явные, чем у проверенной новости из делового СМИ про падение цены на нефть марки Brent.

Что заставляет людей распространять слухи? Двое психологов из Гарвардского университета, Гордон Оллпорт и Лео Постман, опубликовали в 1947 году свой классический труд «Психология слуха» (The Psychology Of Rumor) по мотивам исследований, к которым их привлекли в разгар Второй мировой войны. После атаки японцев на Перл-Харбор в 1942 году стало ясно, что слухи составляют серьезную конкуренцию подцензурной печати. Чем больше правительство скрывает – тем больше простора для фантазии, и американскому президенту Рузвельту пришлось лично выступать по радио с опровержением историй о том, что японцы захватили Гавайи и вот-вот десантируются в Нью-Йорке.

Гипотеза психологов гласила: слухи объясняют людям их собственные страхи. Они позволяют избавиться от гнетущих иррациональных ощущений: вместо смутной тревоги и дискомфорта – понятная мысль «я боюсь японского десанта», а таким конкретным страхом уже не стыдно поделиться с другими. И даже необходимо. (Десять лет спустя это соображение уточнят и назовут частным случаем когнитивного диссонанса: слух – это инструмент для преодоления противоречий в сознании.)

Но по большому счету в 1947 году – за полвека до томографов и анализа больших данных, обычных для сегодняшних когнитивных наук, – это были скорее теоретические рассуждения. У Оллпорта и Постмана упоминается «1000 слухов, собранных по всем уголкам страны в 1942 году», которые ученые поделили по темам: 66 % «разжигающих рознь», 25 % – про страх, 2 % – про желания и еще 7 % «неклассифицируемых слухов». Классификация довольно расплывчатая, потому что слух про страх (перед японцами) запросто может разжигать рознь (между японцами и американцами), но эти детали остались за скобками. Никакой достоверной статистики у психологов военного времени не было и быть не могло.

И только шестьдесят с лишним лет спустя – благодаря Facebook – слухи стало возможно подсчитать и рассортировать.

* * *

В июне 2014 года четверо ученых – трое из исследовательской команды Facebook и один из Стэнфордского университета – попробовали подойти к делу математически и оценить масштабы явления в соцсетях в своем научном докладе «Каскады слухов», презентацию которого устроили на конференции Американской ассоциации искусственного интеллекта (AAAI){61}.

Подсчеты показали: слухов в нашей жизни неожиданно много. Только среди англоязычных записей в Facebook, сделанных за два месяца (с июля по август 2013 года), ученые насчитали 16 672 разных слуха, оформленных в виде вирусной картинки. Разные пользователи вывесили их к себе на стену в общей сложности 62 497 651 раз. А 62 млн человек – это чуть больше населения всей Италии и чуть меньше населения Великобритании.

Как это вычислили? И как отличали слухи от не-слухов? В базе данных Facebook есть масса популярных записей, которые распространяются так же стремительно, как свежие сплетни. Собирают те же тысячи лайков и репостов, но слухами не являются. Статьи про политику из газеты New York Times. Видеоклипы из YouTube. Фото из Instagram Ким Кардашьян.

Можно ли отделить одно от другого, не заставляя армию живых наемных работников бессонными ночами читать запись за записью и помечать подходящие галочкой? (Именно так – с помощью специальных «ферм модераторов» где-нибудь на Филиппинах – соцсети борются с детской порнографией и сценами насилия у нас во френд-лентах; но вряд ли компания решилась бы бросить те же ресурсы на удовлетворение своего научного любопытства.)

Оказалось, что можно. «Справочник по городским легендам» Snopes.com пришелся здесь как нельзя кстати.

Исследователи воспользовались известной человеческой слабостью: приятнее, чем делиться сплетнями, только указывать другим на их ошибки. В комментарии к страшилке про кока-колу или любому другому слуху в Facebook рано или поздно приходит кто-нибудь со ссылкой на Snopes.com покритиковать автора: это, мол, все ложь, а ты и твои читатели поддались на провокацию (или, не споря с изложенными фактами, просто сообщить: «эта история вот уже десять лет как бродит по интернету»).

Сами по себе обидные реплики и реакция на них ученых совершенно не интересовали. Им было важно, что ссылка на Snopes в комментариях к популярной записи – опознавательный знак слуха (иначе что разоблачать?), что-то вроде черной метки у пиратов из «Острова сокровищ»; под фото Ким Кардашьян ничего такого обычно не встретишь.

Больше того, теория вероятностей говорит, что таким способом – по комментарию со ссылкой на «справочник по городским легендам» – возможно отловить практически все каскады. Половина комментариев со словом «Snopes» приходит уже за первые 1,3 часа. В итоге шансы, что ключевое слово не встретится ни в одном из комментариев у всех тех сотен или тысяч человек, которые слухом поделились, ничтожные: меньше 0,7 %.

Авторы исследования решили для начала проигнорировать слухи, которые распространяются в формате текста (текст могут цитировать частями и видоизменять – а это сбивает поисковую программу со следа) и ограничиться слухами, оформленными как картинка. Часто это все тот же текст в новом качестве: демотиваторы, изображения с надписями или фотографии с поучительными историями под ними. Идея заключалась в том, что картинки сложнее редактировать пользователям и легче отслеживать ученым.

И вот некоторые выводы исследования в цифрах.


Рис. 2. Каскад одного слуха

Источник: статья Friggeri et al{62}.

32 % слухов в Facebook – про политику. Другие востребованные темы – медицина (8 %), еда (6 %) и преступления (6 %){63}. В классификации 1947 года это были бы типичные слухи «про страх» (еда: как нас травят McDonald’s и Coca-Cola; медицина: как прививки делают инвалидами; преступления: в городе маньяк, а власти скрывают).

Наконец, главное: слухи чаще запускают отдельные люди, чем команды, редакции и штабы. Они оказались самым демократичным из всего вирусного контента в интернете. Вот в каком смысле: если вы рядовой пользователь и мечтаете достучаться однажды до самой широкой аудитории, то запускать стоит не умилительную картинку с котятами и не демотиватор с выстраданной мыслью, а именно слух. Потому что вообще-то 94,2 % всех по-настоящему вирусных картинок (набравших 100 и больше перепостов за два месяца) впервые появляются не в личных дневниках, а на «страницах» (pages) Facebook. Это сообщества, которые, по правилам соцсети, могут создавать только «официальные организации, бренды и публичные фигуры». Страницы играют в соцсети роль СМИ и промосайтов и часто имеют свою редакцию с официальной зарплатой. У Cola-Cola в Facebook 91 млн подписчиков, у сериала «Симпсоны» – 69 млн. Вирусный контент давно стал занятием для профессионалов-рекламщиков, и одиночкам тут вроде бы не место.

Однако, несмотря на все их влияние, из каждых 100 ложных слухов со «страниц» запущены всего 49 (и 62 из каждых 100 правдивых), сообщает исследование{64}.

Каскад репостов слуха устроен как цепная ядерная реакция или как распространение вируса гриппа (отсюда поднадоевшее слово «вирусность»). Половина пользователей кликает по ссылке «Поделиться» – и физики назвали бы этот срок «периодом полураспада» – не позднее чем через 1 час и 54 минуты с момента, как слух появился у них во френдленте.

Но самое интересное наблюдение ученых – о судьбе правды и лжи в интернете.

* * *

Слух – это слух, даже если он правдивый. Важны не факты в чистом виде, а то, как люди сообщают их друг другу. Если вы получили из третьих рук порцию информации без ссылки на первоисточник, прямой или косвенной («видел своими глазами», «прочел на Forbes.Ru», «вчера в аэропорту объявили по громкой связи») – перед вами именно что слух.

Или если ссылка на источник заведомо туманная:

«Моему брату рассказывал его приятель».

«Один мой одноклассник слышал от своего родственника, который работает в ФСБ».

На Snopes напротив каждого сюжета в списке есть иконка-индикатор. Красный кружок означает, что это ложь от начала и до конца. Зеленый – что сюжет правдивый в целом, и это большая редкость: в Facebook таких слухов насчитали всего 9 % от общего числа.

Но есть масса промежуточных вариантов – между правдой и ложью.

Для ясности на Snopes.com всегда пытаются найти первоисточник. Кока-колу используют в Индии как пестицид, потому что для насекомых она смертельный яд? В 2004 году авторитетная британская газета The Guardian действительно опубликовала статью про крестьян из штатов Андхра-Прадеш и Чхаттисгарх, которые вместо дорогого синтетического концентрата (ценой в 120 фунтов стерлингов, или 10 000 рупий за бутылку) опрыскивают поля дешевой кока-колой местного разлива по 30 рупий за литр. Вправду ли это убивает насекомых-вредителей? Нет, но зато сладкие капли на листьях привлекают муравьев, которые заодно съедают и личинок жуков, вредных для хлопка и острого перца.

Так что идея, будто бы кока-кола – яд, которую пытались донести авторы вирусной картинки, – ложь. Пусть даже в основе этого слуха лежит самый настоящий факт. На сайте эта история помечена иконкой в виде зеленого круга с красной каймой, что значит «смесь правды и вымысла».

Бывает и так, что ложь притворяется правдой особенно убедительно. Мощное средство для создания ауры документальности вокруг чего угодно – фотография. «Фотография предоставляет свидетельства. О чем-то мы слышали, однако сомневаемся – но, если нам покажут фотографию, это будет подтверждением. ‹…› Фотографию принимают как неоспоримое доказательство того, что данное событие произошло», – писала в 1970-е в своей книге «О фотографии» философ и теоретик медиа Сьюзен Зонтаг{65}.

Двуногий верблюд с обложки книги – один из героев Instagram-канала про живую природу с 834000 подписчиков. Ему, сообщала подпись к фото[7], не повезло наступить на противопехотную мину – и животное потеряло обе задних ноги. Хирургам удалось вернуть его к жизни. Верблюд, научившись стоять снова, немедленно подружился с группой страусов, которые приняли его за своего. Разоблачители с сайта Snopes.com[8] без труда отыскали оригинал снимка (где задний план и передняя часть верблюда те же, а ног, разумеется, четыре), но все равно в Instagram нашлись 78000 человек, которые поставили картинке лайк.

А легко ли соврать с помощью неотретушированной фотографии? На снимке – большое и древнее хвойное дерево, секвойя или очень толстая сосна (рис. 3). Прямо из толщи ствола выглядывают руль и колесо велосипеда. Ржавый и слегка погнутый, он висит чуть выше человеческого роста – и если внимательно приглядеться, то можно понять, что велосипед детский, а модель очень старая. Подпись к картинке обычно сообщает: «Мальчик оставил свой велосипед привязанным к дереву и ушел на Первую мировую в 1914-м. Он не вернулся с войны, и велосипед со временем врос в дерево». Легко проверить, что это не фотошоп: есть масса снимков в других ракурсах. Несложно даже выяснить место действия: остров Вашон, штат Вашингтон, США, где в лес с необычным деревом возят толпы туристов. Скептики могут съездить и убедиться: фотография не врет.

Врет подпись. В 2009-м местные журналисты отыскали владельца велосипеда. Им оказался местный пенсионер по имени Дон Паз, который не только не погиб на Первой мировой войне, но и родился намного позже, в 1945-м, в год окончания Второй мировой. В 1954 году семья Дона пережила пожар, и сочувствующие соседи отдали детям массу ненужных вещей – включая старый велосипед с шинами из цельнолитой резины, который 9-летнему ребенку с самого начала не понравился, потому что был слишком похож на трехколесный, на каких катаются малыши. Велосипед Дон без особого сожаления оставил в лесу в том же 1954 году, когда получил его в подарок, и вспомнил об этой истории только в нулевые, когда на острове заговорили о новой достопримечательности.

В 1994-м местный писатель посвятил «велосипеду на дереве» роман для подростков, где и появился впервые сюжет про мальчика, ушедшего воевать. В соцсети эта история проникла, разумеется, намного позже, но не перестала бродить до сих пор – и особенно часто всплывает в связи с разными военными юбилеями.

Такие снимки – настоящие, но с вводящей в заблуждение подписью, или намеренно отретушированные – исследователи из Facebook выделяют в отдельную категорию fauxtos, что можно перевести на русский как «фактшивка». Фото мертвого тела на тротуаре, прикрытого картонной коробкой, иллюстрирует новость об артобстреле Донецка украинскими силовиками? Это самый настоящий снимок военного фотографа, но 20-летней давности и из Чечни. Щенки сосут молоко у собаки с простреленной головой под петицией против живодеров, зачищающих Сочи накануне зимней Олимпиады 2014 года? Нигде не сказано прямо, что это снимок с места событий. Ту же фотографию удается отыскать среди записей за июнь 2012 года с подписью «Так очищали улицы перед Евро-2012» и с текстом «Остановите убийства собак в Сараево» в блогах 2009 года. Эмоциональная убедительность фотографий конвертируется в доверие к тексту под ними, который сам по себе, может быть, и не обманывает (у сочинских властей действительно имелся план по истреблению уличных кошек и собак, а по Донецку действительно била артиллерия), но без картинки не вызвал бы у нас настолько острого отклика.


Рис. 3. Велосипед на дереве

У правды, полуправды и неправды в форме слухов больше общего, чем различий. Акулы на затопленном шоссе во время наводнения в Хьюстоне – поддельная фотография. А трехголовая этрусская скульптура демона, выполненная из терракоты и датированная V веком до н. э., которая выглядит точь-в-точь как Маркс – Энгельс – Ленин на советских барельефах, – реальная картинка. Но расходятся та и другая молниеносно.

Есть ли вообще разница в том, как распространяются правда и неправда? У правдивых слухов чуть длиннее цепочки репостов – в среднем их 163 на одну загруженную картинку против 108 перепостов у ложных. А разоблаченную неправду чаще удаляют сами пользователи: после комментария со ссылкой на Snopes.com перепост ложного слуха имеет в 4,4 раза больше шансов быть стертым, чем перепост правдивого. Но в обоих случаях число таких стертых постов – малая часть от числа нестертых{66}.

* * *

Одна из самых популярных категорий слухов, к которой команда Facebook относит 11 % всех сюжетов (включая историю про «5 пятниц, 5 суббот и 5 воскресений») – так называемые письма счастья. Все они сообщают вот что: прочитали сообщение – разошлите как можно больше его копий. Если разошлете – станете счастливы в ближайшие двое (трое, четверо, девять) суток, а если прервете цепь – вас накажет судьба. Описание несчастий, случившихся с теми, кто не послушался, и истории того, как послушные распространители были вознаграждены («Миссис Сэнфорд выиграла 3000 долларов в лотерею. Миссис Андрес выиграла 1000 долларов. Миссис Хоув прервала цепь и лишилась всего, что имела»), – обычно часть текста, который предлагается скопировать. Как правило, смысловое ядро письма счастья – слух, объясняющий его происхождение и сверхъестественную силу.

Дарья Радченко из РАНХиГС, один из ключевых исследователей таких писем в России, приводит в пример свой любимый сюжет: «12-летний мальчик на берегу встретил Бога. Мальчик был болен. Бог ему сказал: распространи это письмо, тогда выздоровеешь. Мальчик переписал 20 копий этого письма – и выздоровел. Одна семья переписала это письмо, и у них было все хорошо, другая семья не переписала это письмо, и у них было все совершенно ужасно. Перепишите это письмо, это письмо ходит с 1935 года по всему миру. Аминь, аминь, аминь». Дарья говорит: «Это письмо было крайне популярно в СССР в конце 1980-х – начале 1990-х годов. И абсолютно тот же самый текст мы встречаем в исламском варианте. Самое интересное, что там 12-летний мальчик становится 12-летней девочкой. Почему, я не знаю. Казалось бы, все должно быть ровно наоборот»{67}.

История их распространения – пример всемирной сети, которая намного старше Facebook и интернета. И намного раньше изобретения компьютера стала удовлетворять потребность людей в недостоверном знании. Двадцать лет назад, в 1995-м, письма счастья уже пересылали друг другу по электронной почте. А пятьдесят и сто лет назад их переписывали от руки на бумаге, заклеивали в конверт и опускали в железные почтовые ящики по всему миру.

«Письма счастья – типичный пример того, как информация пересекает абсолютно все границы. Не признает ни государственных границ, ни языковых, ни культурных. Кто-то внезапно берет на себя труд перевести письмо с одного языка на другой и распространить его уже в новой языковой среде. Таких примеров очень много. Один и тот же текст циркулирует по всему земному шару», – говорит Дарья.

Когда появились самые первые письма счастья? «Вообще-то это вопрос из серии “Когда обезьяна стала человеком?” – Дарья объясняет, почему конкретную дату назвать нельзя. – В России бытовали тексты – по крайней мере, в XVII и XVIII веке они уже точно были, – которые содержали в себе призыв распространять это письмо дальше. Сначала они формулируются таким образом: переписывайте друг у друга это письмо, кто грамотный, и читайте его вслух. Эти тексты имели хождение в городской среде, в среде старообрядцев, среди которых было достаточно грамотных. А где-то в начале XIX века появляются немного другие тексты, которые уже призывают делать определенное количество копий».

Такая эпидемия рассылок вовлекает не одних наивных крестьян, которые только-только научились читать, но и людей по всем меркам продвинутых. «Вот, например, очень традиционный текст святого письма, в распространении которого замешан Николай Васильевич Гоголь. Следующего содержания: в Иерусалиме, во время богослужения, с неба упала молитва. Перепишите эту молитву девять раз, и у вас все будет прекрасно. В середине XIX века этот текст начал распространяться на территории России. Потом его подхватили самые разные люди, он ушел в Штаты, в Англию. Блок, кстати, тоже замешан в распространении этого текста. И Любовь Дмитриевна Менделеева-Блок. И он бытует до середины XX века. Прекращает свое бытование, циркуляцию по всей Европе – и по крайней мере по Северной Америке гарантированно – только во время Второй мировой войны».

Дарья Радченко – сотрудник Лаборатории теоретической фольклористики, а современные письма счастья и слухи в Facebook интересуют ее как примеры постфольклора: «Мы делаем мониторинг актуального фольклора. То есть всего такого горячего, животрепещущего, что происходит прямо сейчас».

С подачи школьных учителей литературы мы при слове «фольклор» представляем себе прибаутки, былины, пословицы и поговорки, которыми на фоне бревенчатых изб разговаривает «простой народ» в вышиванках и сарафанах. И никак иначе. Однако невозможно представить, чтобы всем этим декоративно-народным арсеналом пользовались в реальной жизни люди, которые смотрят телевизор.

Пусть даже какие-нибудь былины – мертвый жанр (как заявил филолог Сергей Неклюдов, профессор РГГУ и автор понятия «постфольклор»). Все равно психологические механизмы, которые заставляли людей обмениваться информацией в такой форме, никуда за сто или двести лет не исчезли. «Фольклористов вообще сложно удивить. Фольклорист – это такая говорливая рыба Григорий, которая заявляет: “А в XIII веке было ровно то же самое”», – с профессиональной гордостью замечает Дарья Радченко. И если средневековый крестьянин воображал себе реки с кисельными берегами в сказочной стране Кокань (рис. 4), то офисные служащие, движимые теми же мотивами, рассказывают друг другу в соцсетях и в курилке историю про работу мечты в Антарктике – переворачивателем пингвинов.

Пингвины якобы задирают голову от любопытства, когда над ними пролетает вертолет или самолет, теряют равновесие, падают на спину и не могут самостоятельно подняться, потому что они птицы жирные и неповоротливые – но тут на помощь приходит переворачиватель и помогает им встать на ноги. Само собой, эта история тоже есть на Snopes.com, со статусом «ложь» (красный кружочек). В 2001 году британские полярники специально наблюдали за поведением пингвинов на Фолклендских островах – и ничего такого не обнаружили. При первых звуках вертолета пингвины просто разбегаются врассыпную. Мечта о счастливых местах, где не надо заниматься скучным каждодневным трудом, оказывается такой же недостижимой, как в Средневековье.


Рис. 4. «Страна Кокань» Брейгеля

У современных слухов, имитирующих новостные заметки, тоже может запросто обнаружиться совершенно средневековая схема и логика. «На Украине в прошлом году распространился сюжет о дедушке, который принес на блокпост банку с медом, и там оказалась взрывчатка. С одной стороны, у дедушки было имя-фамилия, называли фамилии пострадавших. Но типологически это классический слух об отравлении источников».

И если африканцы, как и тысячу лет назад, верят, что с помощью колдовства у мужчины можно похитить пенис (это реальный случай массовой истерии в Центральной Африке), то пользователи соцсетей из России, Америки и Европы делятся друг с другом страшными историями о «черных трансплантологах», которые обманом изымают у людей органы. Парень познакомился с девушкой, привез ее к себе домой – а проснулся в ванне, обложенный льдом, с запиской «Спасибо за почку». Родители оставили ребенка в детской комнате IKEA, вернулись – результат тот же. Этот средневековый страх оказался особенно востребован в контексте свежих новостей. «Возникают слухи об ампутации каких-нибудь частей тела у попадающих в плен военнослужащих Украины или, наоборот, Новороссии. Слухи о кастрации. Слухи об ампутации пальцев. Возникает очень неожиданный в некотором смысле слух о захоронении убитых военнослужащих под видом медицинских отходов, чтобы скрыть факт боевых потерь. Такого в принципе раньше не встречалось», – рассказывает Радченко.

Слухи этого сорта бьют по эмоциям сильнее, чем новости. Одно дело – ввели войска, убили стольких-то солдат, и совсем другое – «продали наших убитых на органы американцам».

Но самое главное – даже не эмоциональный градус каждого отдельного слуха, а система взглядов, где слухам есть место. Чтобы поверить в «черных трансплантологов» или секретных отравителей, человеку нужны готовые ответы сразу на много вопросов: какие силы все это подстроили? Почему об этом молчат газеты и информацию приходится получать окольным путем? Целостную картину мира, где всему этому есть объяснение, предлагают теории заговора – и о них две следующие главы.

Краткое содержание главы 6

1. Нелогичность и внутренние противоречия не мешают слуху собрать больше миллиона репостов в Facebook.

2. Проверить, правдив ли слух, можно на сайте Snopes.com: здесь двадцать лет собирают городские легенды и расследуют, откуда каждая взялась.

3. Психологи утверждают, что слухи помогают людям справиться с чувством тревоги. Если сказать себе, что ты боишься чего-то конкретного – будь то нападение марсиан или закрытие границ, – жить сразу становится проще. Отсюда спрос на выдуманные угрозы.

4. Исследовательская команда Facebook впервые сосчитала слухи и выяснила, что опровержения почти не мешают им распространяться. Самая популярная тема слухов – политика, потом идут медицина, еда и преступления.

5. Слух – это не обязательно ложь. Самые заразительные из слухов могут происходить от реальной новости в авторитетном СМИ, но только трансформированной до утери исходного смысла.

6. Фотография – гарантия успеха городской легенды.

Чей-нибудь портрет над текстом делает любую сомнительную историю намного правдоподобней.

7. Письма счастья стали массовым явлением еще до Первой мировой войны. Те же сюжеты столетней давности продолжают распространяться в современных соцсетях.

8. Современные слухи – часть фольклора. В среде офисных работников они играют ту же роль, что легенды о чужих странах у неграмотных крестьян.

Оглавление книги

Реклама
· Аллергии · Холестерин · Глаза, Зрение · Депрессия · Мужское Здоровье
· Артрит · Диета, Похудение · Головная боль · Печень · Женское Здоровье
· Диабет · Простуда и Грипп · Сердце · Язва · Менопауза

Генерация: 1.316. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Меню Вверх Вниз